Максим Дмитриевич Шостакович, наверное, один из самых интересных людей, живущих в Петербурге. И не только потому, что он всемирно известный дирижер и сын великого русского композитора. В его жизни также очень важен социально-религиозный аспект. Максим Шостакович - глубоко православный человек, подкрепляющий веру делами. Вместе с женой Максим Шостакович создал православную школу при церкви Святой Екатерины. В эту школу ходят и двое его младших детей...

- Здравствуйте, Максим Дмитриевич. Наша газета всегда уделяла большое внимание классической музыке, филармоническим концертам, исполнителям - солистам и дирижерам. Последние месяцы на страницах "НП" разгорелась полемика вокруг фортепианных концертов, постоянно упоминаются имена нескольких петербургских пианистов. Свои мнения высказывают и музыковеды, и дилетанты-любители, мнения и критические, и восторженные. Давней мечтой - и моей, и главного редактора - было побеседовать с Вами. От наших читателей мы также постоянно слышали пожелания прочесть интервью с Максимом Шостаковичем. Максим Дмитриевич, Вы живете в Петербурге после Вашего возвращения уже больше шести лет. Многие задают вопрос: почему так мало Ваших концертов в питерских залах?

- Ну, во-первых, это не мало. Я достаточно много здесь дирижирую и с заслуженным коллективом и с симфоническим оркестром. Есть какое-то разумное количество концертов, также я сотрудничаю и с оперой Мариинского - с Валерием Гергиевым. Плюс мои собственные гастроли по России и по другим странам. Для меня получается достаточно.

- Ну вот, а публике этого кажется мало. А Ваш ближайший концерт?

- В пятницу, второго апреля в Большом зале Филармонии. Я буду дирижировать 15 симфонию Шостаковича, "Песни странствующего подмастерья" Малера и две пьесы Скарлатти, оркестрованные моим отцом.

- Максим Дмитриевич, а какую музыку Вы хотели бы играть сейчас?

- Вы знаете, с годами я пришел к тому, что - если раньше я пытался сыграть буквально все - теперь сосредоточился на главном. Для меня святое - музыка моего отца, я стараюсь включить ее в каждый концерт, и, кроме этого, стараюсь дирижировать то, что я люблю, что мне нравится, благо есть такая возможность. Большие симфонические полотна Брукнера, Малера, Чайковского. Меньше люблю иллюстративную музыку.

- Можно ли услышать Ваши исполнения в записи?

- Брукнера на диски я не записывал, а вот моих записей Шостаковича существует достаточно много: это и записи советских времен, есть записи с Лондонским симфоническим оркестром, сейчас заканчиваю весь цикл с Пражским, это "живые" записи. Я вообще больше люблю "живые" записи, чем фондовые, "в живую" получается вдохновеннее, чем в "сухой" студийной обстановке.

- Максим Дмитриевич, а есть ли у Вас какие-то кумиры и образцы для подражания в области дирижирования?

- В вопросах исполнения Шостаковича краеугольный камень заложил Евгений Александрович Мравинский. Другие учились у него. Я вообще стараюсь быть в курсе всех находок других дирижеров, потому что это обогащает мысль. Вот скоро в Петербург приезжает замечательный дирижер Клаудио Аббадо...

- Максим Дмитриевич, Вы достаточно долго жили и работали в Америке. Расскажите, пожалуйста, каково там отношение к классической музыке?

- Там всегда полные залы - интерес очень высокий. И не только к тем концертам, которые проходят в городах, есть много знаменитых музыкальных фестивалей на природе.

- Какую музыку там предпочитают?

- Репертуар необыкновенно широкий. Америка страна богатая, она может заплатить самым лучшим исполнителям, самым лучшим дирижерам, самым замечательным оркестрам. В общем, афиша там наполнена очень интересными событиями - и симфоническими, и оперными.

- Ситуация лучше, чем в России?

- Так сказать нельзя. Сейчас такое количество симфонических оркестров - в одной Москве целых двадцать семь! У нас в России музыка жила, живет и будет жить.

- Максим Дмитриевич, я слышал, что Вы имеете отношение к созданию православной школы для детей при церкви Святой Екатерины. Ваши младшие дети, насколько мне известно, также ходят в эту школу?

- Когда мои дети стали подрастать, я понял, что, живя в Америке, им будет трудно воспринять свои национальные корни, язык. Мы с женой захотели, чтобы наши дети росли дома в русском окружении. Когда стал вопрос об их образовании, мы подумали: почему бы не создать такую школу? Школа благотворительная - она позволяет нам помочь семьям, оказавшимся в затруднительном положении, но чающих дать своим детям хорошее образование, как мирское, так и духовное. Мы отремонтировали помещение, сделали классы, нашли хороших педагогов. Дети там помимо общих дисциплин, изучают музыку, пение, рисование, театр, танцы. Наши ребята получают премии на всяких выставках, занимаются спортом.

- Это мне чем-то напоминает возрожденный в Павловске царскосельский лицей - возрожденный, насколько я знаю, стараниями павловского предпринимателя и Вашего друга Сергея Гутцайта...

- Да, он даже вдохновил нас на многие вещи. Школа уже дошла до пятого класса, и самое приятное, что мы с родителями других ребят живем единой семьей. Наши дети защищены от разгула пошлости, который так пагубно действует на детские души. Увы, это печальные издержки демократии.

- Максим Дмитриевич, Вы играете музыку современных композиторов?

- И слушаю, и исполняю. Недавно под моим управлением прозвучали произведения замечательных петербургских композиторов Бориса Тищенко и Владислава Успенского.

- А из произведений современных западных композиторов вы что-нибудь дирижируете?

- Если Вы говорите об ультрасовременной музыке, то мне важно, чтобы музыка была наполнена душой и сердцем, а не была бы лишь экспериментом.

- А Шенберг?

- Послушать - да, а так - нет. Как в анекдоте про помидоры...

- И даже ранний - например, "Просветленная ночь"...

- Такие произведения исполняются, конечно, достаточно часто, и сам я играл, но сейчас у меня репертуар сузился до очень великих, наполненных душой и сердцем, мудростью произведений, о чем я уже говорил.

- Что Вы сейчас читаете из художественной литературы?

- Как в музыке, так и в литературе я ищу глубины. Недавно перечитывал Валентина Распутина. С этим замечательным писателем и с выдающимся искусствоведом и реставратором Савелием Ямщиковым мы совершили паломничество на Святую гору Афон. Много читаю духовной литературы. Считаю, что религиозное воспитание - это очень важно.

- Как Вы относитесь к нынешнему президенту России?

- Я считаю, что он на правильном пути, поддерживаю. Чувствую сердцем, что у него душа болит за Россию.

- Максим Дмитриевич, благодарю Вас от себя, всей нашей редколлегии и наших читателей за интересную и содержательную беседу. Лично я и, надо полагать, многие из читателей "НП" придут 2 апреля в Большой зал на Ваш концерт

Беседу вел Вячеслав КОЧНОВ